Б.О.Пилсудский известен как этнограф-исследователь народов Сахалина. Но не менее важными являются его работы в области археологии, где он проводил исследования по двум направлениям: сбор исторических преданий об исчезнувшем народе – тончах и сбор информации об археологических объектах и местах находок “древностей”. Археологическое наследие Б.О.Пилсудского только начинает детально изучаться и разрабатываться современными исследователями. Начало этому положила О.А.Шубина своим докладом “Дореволюционные археологические исследования на Сахалине и современное состояние археологической изученности острова”, с которым она выступила на международной конференции “Б.О.Пилсудский – исследователь народов Сахалина”, проходившей в Южно-Сахалинске 30 октября – 2 ноября 1991 года¹.

Ниже, подчеркивая незавершенность, предварительный характер настоящей статьи, я попытаюсь изложить результаты своих работ в тех двух направлениях, по которым работал Б.О.Пилсудский.

Археологическая информация, собранная Б.О.Пилсудским опубликована в 1909 году в статье “Аборигены Сахалина”². Рассматривая первое направление работы Б.О.Пилсудского – сбор сведений о легендарных тончах – предшественниках нивхов, айнов, ороков на Сахалине, позволю себе несколько дополнений и замечаний, которые, возможно, будут полезны будущим исследователям. Б.О.Пилсудский пишет: “…в Николаевске, случайно встреченные три гиляка на вопрос о тонцях ответили мне, что на Сахалине, в Лер (то есть Сахалин по-гилякски), живет народ “тозюн” похожий на тунгусов и ороков. Язык тозюн схож с орокским. Откуда пришли они на Сахалин, не знают. Проверить эти слова или получить от других гиляков более подробные сведения об этих тозюн, к сожалению так и не удалось мне, так как уже более я в этих местах не был. Но не могу не упомянуть здесь об этом созвучном с “тонци” названии. У айнов нет звука “з” и они заменяют его звуком “ц”, например, гилякское слово “ызин” выговаривают “оцен”, русское “зима” – “цима” и т.п. Буква же “н” часто вставляется айнами для благозвучия.”³.

В 1993 году прекрасный знаток нивхского фольклора писатель В.М.Санги на мой вопрос: “Что говорят нивхские легенды о тончах?”, ответил: “Тончи – это низкорослое племя нивхов, живущее на побережье Лер”. Но если у Б.О.Пилсудского Лер – это Сахалин в целом, что явно ошибочно, то на карте нивхских провинций, на которые был поделен Сахалин в прошлом, составленной В.М.Санги⁴, Лер – это сравнительно небольшой участок северо-западного Сахалина от реки Вагис до мыса Тамлаво, т.е. Сахалинское побережье Амурского лимана. И хотя В.М.Санги говорил о нивхах, в слово “нивх” = “человек” совсем не обязательно вкладывать этнический смысл, либо речь идет об отунгусившихся нивхах, перенявших тунгусский язык и получивших название тончи (“тозюн” в нивхской транскрипции, как пишет Б.О.Пилсудский). Для нас очень важно указание Б.О.Пилсудского о сходстве народа “тозюн” с тунгусами и ороками, а также о сходстве их языка с орокским. Согласно легендам, становится совершенно очевидным тунгусское происхождение тончей.

Локализация их ареала на побережье Лер позволяет предположить и возможные пути их миграции на Сахалин, и их историческую родину – низовья Амура. На побережье Лер немало тунгусских названий. Даже если часть из более позднего происхождения, все равно это подтверждает существование здесь в прошлом тунгусоязычного населения, ведь топонимы достаточно долго могут сохраняться даже при смене населения.

Если речь зашла о топонимах, то южнее побережья Лер на карте нивхских провинций Сахалина, составленной В.М.Санги мы видим Т,ык (Дальний) или Ва миф (Земля битвы). Эта провинция простирается от реки Вагис до мыса Уанди. И здесь действительно немало топонимов, которые говорят о битвах давних времен. Такие названия как Уанди (мыс и река), Ванги (мыс и река) переводятся как “место битвы”. Значит, земля к югу от Лер – спорная территория, район военных столкновений. И хотя топонимы нивхские, не исключено, что в них зафиксирована информация о битвах их предшественников или соседей – тончей побережья Лер и айнов, двигающихся на север с юга. А ведь о войнах тончей с айнами повествуют все древние легенды. А к югу от Уанди начинаются айнские топонимы (Сертунай, Най-най), значит, это земля обитания айнов.

Если анализировать легенды о тончах, то немаловажна и такая деталь – тончи жили на берегах озер. Побережье Лер, как известно, самый озерный край Сахалина. Далее сообщается, что они похищали женщин у айнов, живших на берегу моря. Значит, сами тончи у моря не жили. Берег моря был занят враждебными племенами.

Итак, озера провинции Лер, удаленные от моря к горам – земля обитания тончей. Дело за археологами! Быть может археологическое изучение низовьев Амура и провинции Лер позволит отказаться от давней и заманчивой гипотезы о связи тончей с охотской культурой, а я позволю выдвинуть другую, впрочем, уже не новую гипотезу о том, что ороки – прямые потомки тончей. На мой взгляд, здесь нет ничего противоречащего фактам, и аргументация этой гипотезы – дело ближайшего будущего.

Говоря о втором направлении археологической деятельности Б.О.Пилсудского – сборе информации об археологических объектах, следует отметить, что Б.О.Пилсудский является автором первого свода археологических памятников Сахалина. В статье “Аборигены Сахалина” он сообщает о 34 памятниках в разных районах острова.

В связи с этим, рассматривая перспективы освоения творческого наследия Б.О.Пилсудского в области археологии Сахалина, позволю себе наметить программу деятельности в этом направлении.

1. Выявление и публикация всех археологических коллекций, собранных в Б.О.Пилсудским во всех музеях мира, с которыми он сотрудничал и, в которых ныне хранятся его коллекции.
2. Изучение публикаций эпистолярного наследия ученого и других источников из его архива, где могут быть прямые или косвенные сведения по археологии Сахалина.
3. Поиски и исследования археологических памятников, упоминавшихся в работах Б.О.Пилсудского (это поможет в выявлении и интерпретации недокументированных или слабо документированных коллекций ученого, хранящихся в музеях).

С 1996 года Тымовский краеведческий музей с краеведами клуба “Абориген” ведут работу по поиску и исследованию памятников археологии Тымовской долины, вошедших в сводку Б.О.Пилсудского. Пилсудский упоминает 4 памятника в долине р. Тымь – 2 пункта в окрестностях села Рыковское (ныне Кировское) и местонахождения в районе сел Слава и Адо-Тымово⁵ (рис.1).

В 1996 году были предприняты поиски двух памятников находящихся в окрестностях с. Рыковское (ныне Кировское). В археологических разведках принимали участие краеведы КК “Абориген” М.В.Трухин и Ю.А.Секи под руководством автора. О первом памятнике Б.О.Пилсудский пишет: “За с. Рыковским по дороге в с. Палево на поле была выпахана большая каменная стрела. Жена крестьянина Шермушкина сохранила ее, считая ее спущенною с неба и приносящую счастье”⁶.

Поиски, проведенные нами в районе с. Кировское (бывшее Рыковское) позволили нам обнаружить 9 местонахождений археологического материала, краткое описание которых приводится ниже (рис.2).

Стоянка Кировское 1. Расположена в восточной части села Кировское в 300-400 м. к северо-западу от кладбища, в юго-восточном углу поля, на пашне приблизительно в 50 м. к западу от дороги, идущей вдоль дренажной канавы на север, в 50-70 м. севернее дороги, идущей вдоль окраины села к кладбищу. Найдены: скобель на пластинчатом отщепе из красной яшмы (рис. 3:1), 23 отщепа керамики серовато-бурого цвета со слоем нагара с внешней стороны из хорошо обожженной глины с примесью мелкозернистого песка и белых зерен (толченой ракушки?). Обнаружена 21 августа 1996 года М.В.Трухиным.

Отдельные находки. Кировское 2. В 0,7-1,0 км севернее стоянки Кировское 1, на западной половине поля, в 40-60 м от его западной окраины, 22 августа 1996 года С.В.Горбунов обнаружил концевой скребок (рис. 3:2) и 11 отщепов из красной яшмы. Площадь распространения находок составляет около 4 000 кв. м.

Стоянка Кировское 3. К востоку от северной окраины с. Кировское, напротив последних домов села, на лугу, в 10-20 м к западу от дороги, идущей вдоль подножья Восточно-Сахалинских гор найдены 14 отщепов из красной яшмы. Площадь распространения находок не более 100 кв. м. Раньше здесь была пашня, и культурный слой, по-видимому, разрушен. В настоящее время поверхность памятника частично задернована. Стоянка обнаружена 22 августа 1996 года Ю.А.Секи.

Отдельные находки. Кировское 4. На пашне, к северо-востоку от северной окраины села Кировское, в 100 м к юго-западу от скотоводческой фермы, между двумя дренажными канавами, проходящими к северу и югу от места находок 22 августа 1996 года С.В.Горбунов нашел ножевидную пластинку неправильной формы из красной яшмы (рис. 3:4) и крупный отщеп из окремненного аргиллита.

Стоянка Кировское 5. Расположена у подножья сопки, в 50 м от безымянного ручья, огибающего стоянку с юга и запада и впадающего в ручей Чернобривский. Площадь памятника около 200 кв. м. Культурный слой разрушен при вспашке огорода, но, вероятно, сохранение остатков культурного слоя за пределами огорода. Найдены ножи и ножевидно - скребовидные изделия на пластинчатых отщепах, оформленных краевой ретушью (рис. 4:1-3), ножевидные пластины неправильной формы (рис. 4:4-6), наконечники стрел и их обломки (рис. 4:7-11), аморфный галечный нуклеус. Все артефакты, включая 156 отщепов, изготовлены из красной яшмы, имеется лишь 3 отщепа из халцедона.

Стратиграфия памятника:

1 – дерн, серая гумусированная суглинистая почва – 2-3 см;

2 – коричневый суглинок с гравием и щебенкой коренных пород – 6-10 см;

3 – желтый суглинок с гравием и щебенкой коренных пород (материк). Находки залегают сразу под дерном в коричневом суглинке (слой 2).

Памятник обнаружен 22 августа 1996 года С.В.Горбуновым.

Стоянка Кировское 6. Расположена на южной окраине с. Кировское, в 100-120 м юго-восточнее последнего дома села, в 20-70 м восточнее автодороги Южно-Сахалинск – Тымовское, в 5-10 м южнее грунтовой полевой дороги, на пашне. Площадь распространения находок около 500 кв. м. Культурны слой разрушен. Найдены: обломок орудия (наконечника?) (рис. 3:5), 11 отщепов из красной яшмы, фрагмент тонкостенной (4 мм) керамики светло-коричневого цвета без орнамента, черепок мелкоструктурный с тонкозернистой примесью песка. Памятник обнаружен 23 августа 1996 года С.В.Горбуновым.

Отдельная находка. Кировское 7. На южной окраине с. Кировское, на пашне в 50 м к западу от последнего дома с западной стороны улицы, 23 августа 1996 года Ю.А.Секи нашел обломок черешкового наконечника стрелы из красной яшмы (рис. 3:6).

Отдельные находки. Кировское 8. На южной окраине с Кировское приблизительно в 0,7 км к западу от автодороги Южно-Сахалинск – Тымовское и в 100 м. к востоку от р. Тымь в северо-западной части большого поля, приблизительно в 30-40 м к югу от грунтовой дороги, огибающей поле 24 августа 1996 года С.В.Горбунов нашел тесло из окремненного аргиллита (рис. 3:3) и обломок ножа из красной яшмы (рис. 3:7). В 100 м. западнее на речной косе найден фрагмент тонкостенной (4 мм) керамики светло-коричневого цвета с примесью песка и белых зерен толченой ракушки.

Отдельная находка. Кировское 9. На левом берегу протоки р. Тымь, на косе, у дороги, ведущей на дальние покосы, вблизи брода через реку, в 2 км от центра с. Кировское А.В.Поляков 3 июля 1998 года нашел фрагмент керамики светло-коричневого цвета, толщиной 4 мм.

Таким образом, в результате разведок в районе села Кировское (Рыковское) было обнаружено 9 местонахождений археологического материала, которые относятся к эпохе неолита – палеометалла и предварительно датируются в широком хронологическом диапазоне от конца 3 тысячелетия до Р.Х. до 1 тысячелетия Христианской эры.

Что касается “большой каменной стрелы”, о которой пишет Б.О.Пилсудский, то с большей или меньшей долей вероятности можно предположить, что она найдена в районе стоянки Кировское 6, либо около местонахождений Кировское 7-8. Ранее эти три пункта были приурочены к руслу речки или ручья, ныне не существующего, и могли представлять собой крупные долговременные стоянки или поселения каменного века, впоследствии разрушенные и переотложенные рекой.

Второй памятник Б.О.Пилсудский описывает следующим образом: “На север от с. Рыковского в 4-5 верстах по дороге в с. Дербинское при постройке дороги были выкопаны каменное долото и топорик, которые взял себе для точения ножей один из работавших и затем потерял. Полянку, которую мне указали, как место нахождения вещей, обсевали ежегодно, копать было невозможно, но на поверхности я находил много кремневых осколков”.

Как видно из описания, памятник находится в 4-5 верстах севернее Кировского. Сейчас это территория совхоза “Красная Тымь”, поэтому памятник получил название Красная Тымь 1. В 1996 году нами было осмотрено предполагаемое место стоянки. Сейчас ее территория задернована и заросла травой. В дальнейшем предполагается продолжить ее поиски с помощью шурфовки. Б.О.Пилсудский сообщает о нахождении множества кремневых осколков. Если эти материалы попали в музей (например, в музей Александровского поста), то их легко идентифицировать по характеру материала, их которого изготовлено более 99% древних каменных изделий Тымовской долины. Этим материалом является красная яшма.

Третьим памятником, описанным Б.О.Пилсудским является местонахождение Слава, где во времена Б.О.Пилсудского местные жители нашли каменный топор, который передали смотрителю поселений Э.К.Безайсу⁸. Поиски, проведенные в этом районе, позволили автору 27 мая 1997 года обнаружить стоянку, получившую название Слава 2. Памятник расположен в 0,5 км к северу от села, к западу от дороги, ведущей в урочище Озерки, на пашне, вблизи развалин старого строения. Культурный слой разрушен. Находки встречаются на площади около 400 кв. м в 30-40 м к западу от дороги в 10-150 м. к северо-востоку от разрушенного дома. Найдены 27 отщепов из красной яшмы (рис. 5:2-9) и обломок односторонне выпуклого рубящего орудия из окремненного глинистого сланца со следами шлифовки (рис. 5:1). Вероятная датировка находок – неолит – 2 тысячелетие до Р.Х. Не исключено, что смотритель поселений Э.К.Безайс передал топор, о котором пишет Б.О.Пилсудский, в музей Александровского поста и его поиски могут привести к положительным результатам.

И, наконец, четвертым памятником, о котором упоминает Б.О.Пилсудский является стоянка, получившая название Адо-Тымово 5 или стоянка Пилсудского. Памятник расположен на 12-14-метровой террасе правого берега ручья Благодатного, на плоской вершине холма, на котором установлена топографическая вышка (знак триангуляции), на западной окраине с. Адо-Тымово, к западу от поля. Культурный слой частично разрушен при строительстве триангуляционного знака. При подъемных сборах 1996-1998 годов и из разведочного раскопа (20 кв. м) получена небольшая, но выразительная коллекция, каменного инвентаря и керамики.

Стратификация памятника:

1 – почва серовато-бурая с корнями растений (насыпной слой) – 3-15 см.

2 – почва темно-серая, почти черная (погребенный под выбросами дерново-гумусный слой) – 4-5 см.

3 – почва светло-коричневая, супесчано-суглинистая с редкими гальками – 12-25 см.

4 – супесь серовато-коричневая – 5-28 см.

5 – песок крупнозернистый с галечником – материк.

Из слоя № 4 с глубины 22-24 см получено скопление углей, давшее радиоуглеродную дату (СОАН – 3723) – 1905 ± 100 лет; 45 ± 100 г. до Р.Х.

В квадрате 1-А под слоем №2 залегает сильно гумусированная темно-серая супесь, имеющая локальное распространение. В ней обнаружено скопление углей, давшее дату (СОАН – 3724) – 3005 ± 45 лет – 1055 ± 45 г. до Р.Х. По-видимому, этот слой насыпной и представляет собой выбросы грунта из древнего жилища, расположенного в центре холма.

Полученные даты говорят, скорее всего, о двух этапах заселения памятника, которым соответствует и два типа керамики, найденных на стоянке.

К первому типу (раннему) относят фрагменты сосудов (рис. 6:1-4; 7:4,9).

Сосуд № 1 (рис. 6:1). Диаметр венчика – 26 см. Изготовлен из глины с примесью крупнозернистого песка. Черепок серовато-бурого цвета. Толщина стенок – 6-7 мм. Без орнамента.

Сосуд № 2 (рис. 6:2). Диаметр венчика – 20 см. Изготовлен из глины с примесью крупнозернистого песка и мелкого гравия. Цвет – бурый. Украшен оттисками в виде коротких насечек по верхнему краю венчика и вертикальными штамповыми отпечатками по тулову ниже шейки сосуда. Толщина стенок – 6 мм.

Сосуд № 3 (рис. 6:3). Диаметр венчика – 20 см. Изготовлен из глины с примесью крупнозернистого песка. Черепок в изломе темно-серого цвета. Внешняя поверхность сосуда ангобирована и имеет светло-коричневый цвет. Сосуд украшен рядом вертикальных гребенчатых отпечатков. Толщина стенок – 7-8 мм.

Сосуд № 4 (рис. 6:4). Диаметр венчика – 14 см. Изготовлен из глины с примесью крупнозернистого песка. Цвет серовато-бурый. Рельефно-выпуклый венчик украшен жемчужным орнаментом по нижнему краю. Тулово сосуда украшено вертикальными рядами вдавлений, сделанных тупым концом палочки. Толщина стенок – 6-7 мм.

Сосуды, относящиеся к этому типу, имеют следующие характерные особенности: темно-бурый или серовато-бурый цвет, присутствие крупнозернистого песка и даже мелкого гравия в керамическом тесте. Толщина стенок 6-7 мм (в отличие от более тонких (3-4 мм) сосудов следующего типа). Все сосуды, по-видимому, имели круглое дно. Гребенчато-штамповые отпечатки имеют преимущественно вертикальное расположение.

Керамика второго типа (рис. 7:1-3,5-7,10; рис. 8) изготовлена из глины с примесью мелкого песка, черепок мелкоструктурный, плотный, хорошего обжига. Стенки сосудов тонкие – около 4 мм, большинство из них украшено горизонтальными рядами гребенчатых отпечатков, реже вертикальными или наклонными насечками и наколами, и параллельными горизонтальными линиями. Цвет светло-коричневый или серовато-коричневый. Венчик либо прямой, либо отогнутый внутрь сосуда. Стратиграфически, керамика второго типа залегает в верхнем горизонте поселения и является более поздней, чем керамика первого типа.

Каменный инвентарь представлен наконечниками стрел (рис. 9:1-3), вкладышевым лезвием ножа (рис. 9:4), концевым скребком (рис. 9:5), боковыми скребками на пластинчатых отщепах (рис. 9:6-7), заготовкой наконечника копья (рис. 9:8), двумя наконечниками метательных орудий с диагонально обломанным основанием (рис. 9:9-10), а также множеством отщепов, преимущественно из красной яшмы.

Памятник требует дальнейших исследований, которые планируется продолжить в ближайшее время.

Выше изложены краткие итоги изучения археологических памятников Тымовской долины, о которых сообщает Б.О.Пилсудский. Работы по изучению археологии Тымовской долины, начатые Б.О.Пилсудским более 100 лет назад, сегодня продолжаются Тымовским краеведческим музеем и краеведческим клубом “Абориген”. В настоящее время в долине р. Тымь открыто более 100 археологических памятников. Работы, несомненно, будут продолжены. Но исследование археологических памятников, вошедших в сводку Б.О.Пилсудского – это лишь одно из направлений изучения темы “Пилсудский и археология”.

Другое направление – археологическое изучение мест, связанных с жизнью и деятельностью Б.О.Пилсудского, например, раскопки на Рыковской метеостанции, где он работал. Опыт таких исследований уже имеется. Еще одно направление – изучение этнографических объектов, где работал Пилсудский археологическими методами. Все эти работы еще предстоят, а сейчас в заключении хочется выразить глубокую благодарность В.М.Латышеву и М.М.Прокофьеву за возможность этой публикации и большую помощь в работе и пожелать археологам и исследователям творчества Б.О.Пилсудского продолжать изучение его археологического наследия.

_____________________

Горбунов Сергей Вячеславович,директор Тымовского муниципального краеведческого музея.
 
 
ПРИМЕЧАНИЯ :

1. Шубина О.А. Дореволюционные археологические исследования на Сахалине и современное состояние археологической изученности острова // Б.О.Пилсудский – исследователь народов Сахалина (Материалы международной научной конференции. 31 октября – 2 ноября 1991 г. г.Южно-Сахалинск). Т.2. Южно-Сахалинск, 1992. С.112-119.
2. Пилсудский Б.О. Аборигены Сахалина // Живая старина. Кн.70,71. Вып.II-III. СПб., 1909.

3. Пилсудский Б.О. Аборигены Сахалина. Южно-Сахалинск, 1991. С.78.

4. Научный архив Тымовского краеведческого музея.
5. Пилсудский Б.О. Аборигены Сахалина. Южно-Сахалинск, 1991. С.92-93.
6. Там же. С.92.
7. Там же. С.92-93.
8. Там же. С.93