Т.В.ПЕНСКАЯ

РЕСТАВРАЦИЯ МАКЕТА
«ПРАЗДНИК МЕДВЕДЯ У САХАЛИНСКИХ АЙНОВ»,
ИЗГОТОВЛЕННОГО ИЗ ХЛЕБНОГО МЯКИША

 

 

Макет «Праздник медведя у сахалинских айнов», изготовленный из хлебного мякиша, поступил в Сахалинский областной краеведческий музей в 1959 году из Приморского краевого музея им.В.К.Арсеньева (г.Владивосток) [1].

История макета мало известна. Никаких описаний в литературе не обнаружено, а попытки найти сведения о нем в архиве музея и Государственном архиве Сахалинской области не увенчались успехом. Краткие сведения о макете опубликованы в «Каталоге Музея Общества изучения Амурского края», составленном В.Глуздовским: «Художественно сделанная одним ссыльным лепная модель медвежьего праздника «камуй» на Сахалине» [2]. Здесь же сообщается, что модель была пожертвована музею в 1907 году капитаном Феклиным [З]. Описание макета опубликовано автором данной статьи в сборнике «Айны» в 1988 году [4].
До сих пор остается загадкой имя мастера, изготовившего макет, и время его создания. Но несомненно, что макет является уникальным памятником: с большой точностью объемно передает заключительный этап праздника медведя, проходившего на Сахалине в конце XIX века; выполнен человеком, обладающим высоким художественным вкусом и творческой фантазией из довольно необычного материала — хлебного мякиша.
Макет «Праздник медведя у Сахалинских айнов» изображает кульминационный, напряженный момент этого праздника — убиение медведя. На небольшом пространстве слегка выпуклой горизонтальной доски с закругленными углами, размером 41x48x2 см, расположена скульптурная композиция. Ее образуют 19 фигурок людей (как выяснилось в процессе реставрации фигурок было 22), фигурка медведя, привязанного к столбу, клетка, где он содержался, лиственницы, между которыми укреплены циновки с оружием, жилище, а также перекладина, с привязанными к ней собаками и нарта с грузом.
Размер фигурок от 5,8 до 7,5 см, но все детали макета расположены так, что хорошо просматриваются со всех точек при круговом обзоре.
Центром композиции следует считать фигурку медведя, которая находится в небольшом удалении от середины площадки. Медведь, лежащий на земле, привязан к столбу, а его туловище перетянуто тремя петлями, которые соединяет веревка. В боку у него вонзенная стрела с раздвоенным оперением. Столб имеет вилообразную форму с двумя различными по длине верхушками-остриями, к которым привязаны инау.
Медведя удерживают веревками трое мужчин-айнов. Рядом стоит старик, его слега сгорбленная фигурка опирается на палку. Слева от фигурки старика еще один столб, на верхушке которого висит задушенная собака.
        Острие также украшено инау. В правом углу на заднем плане площадки расположено пять лиственниц, между тремя из них за углы растянуты две циновки прямоугольной формы, размером 4x6,5 см. Перед медведем, на переднем плане, стоит на одном колене мужчина, он держит в руках блюдо с последним угощением для медведя. Слева фигурка молящегося человека, упавшего ничком, а в небольшом отдалении две фигурки айнов.
  
     В левом углу площадки мастер поместил клетку медведя, изготовленную из небольших (диаметром от 1 до 2 см) веток, имитирующих бревна. Клетка прямоугольной формы, с боковых сторон по 6 бревен, с торцевых по 4. Ее размер 9 х 13,5 х 6 см. Рядом с клеткой изображена фигурка русского чиновника и две фигурки русских, по-видимому, ссыльных, которые наблюдают за происходящим. Вторая фигурка чиновника располагается почти у входа в жилище, возле которого полукругом размещена группа айнов: пять взрослых, один подросток, один ребенок.
  
     Жилище с пристройкой находится на заднем плане площадки, оно прямоугольной формы размером 11 х 12х 11,5 см. Крыша двускатная, над дымоходным отверстием небольшой навес, окна отсутствуют.
  
     Слева от жилища помещена перекладина на двух кольях-рогатинах, к ней привязано пять собак, рядом с которыми, ближе к краю площадки, изображены нарты с грузом. В левом углу на заднем плане композиции стоит невысокая лиственница.
  
     Возле собак и справа от центра площадки мастер поместил бочонки с едой для собак и медведя.
  
     Фигурки людей, зверей, стенки жилища, ветки лиственниц, инау, груз на нарте выполнены из хлебного мякиша, а отдельные бревна сруба для медведя, каркас жилища, стволы деревьев, столбы и нарты — из дерева.
  
     До августа 1985 года макет находился в экспозиции Сахалинского областного краеведческого музея, был накрыт прямоугольным колпаком из стекла, соединенного по граням планками. Такое хранение в какой-то мере предохраняло макет от резких колебаний температуры и влажности, а особого контроля за состоянием экспоната не проводилось.
        В августе 1985 года во время очередного профилактического осмотра экспозиции было обнаружено, что две фигурки людей на макете разошлись по месту крепления с доской и упали на площадку, а рогатина у правого края площадки превратилась в пылевидную массу. Было решено изъять макет из экспозиции для крепления фигурок. При переносе экспоната в фондохранилище по месту крепления разошлась еще одна фигурка. Вероятно, такие повреждения произошли из-за постоянной повышенной влажности воздуха, наблюдавшейся в июне-августе 1985 г. и достигавшей до 100 процентов при температуре 20-24 градусов.
  
     По устному распоряжению директора музея В.М.Латышева было решено провести реставрацию макета, которая продолжалась в общей сложности в течение пяти лет.
  
     Прежде чем проводить реставрацию макета, необходимо было изучить состояние сохранности и составить программу реставрации экспоната. К сожалению, не было проведено ни одного заседания реставрационного совета, ни одного заседания фондовой комиссии по данному вопросу. Поэтому план мероприятий по реставрации и сама реставрация макета проводились автором данной статьи самостоятельно.
  
     Прежде всего был проведен тщательный визуальный осмотр макета, в результате которого было зафиксировано следующее: весь макет, за исключением доски, был значительно поврежден личинкой хлебного точилыцика — небольшого червячка длиной 2,5 мм рыжеватого цвета, покрытого мелкими темными полосками. Все детали макета, изготовленные из хлебного мякиша, имели летные отверстия, утраты. На всех фигурках была повреждена обувь.
  
     Хлебный мякиш являлся прекрасным пищевым материалом для личинок, и в поисках питания они проникали вглубь фигурок, образуя многочисленные ходы, траншейки и полости, тем самым снижая механическую прочность хлебной массы. При малейшем прикосновении к ним фигурки рассыпались на несколько фрагментов. Исследование показало, что образовавшиеся полости заполнены паутинными чехликами и шкурками личинок.
  
     Фигурки, расположеные полукругом возле домика, были покрыты пылевидной трухой и экскрементами в виде мелких шариков. На всех фигурках имелись траншейки и трещины. Сколотые детали держались на чехликах от личинок. Обнаружилось, что особенно много пылевидной трухи скопилось в складках одежды, волосах, в местах соединения деталей макета, а также на ветках лиственниц. Все фигурки покрыты белым налетом. В самом тяжелом состоянии было жилище. Стенки домика сохранились фрагментарно, отдельные детали утрачены, изнутри они были покрыты толстым слоем пылевидной трухи, смешанной с экскрементами в виде шариков.
  
     В результате изучения состояния сохранности было установлено, что макет дважды подвергался грубой реставрации. Так, крыша жилища была залеплена толстым слоем пластилина. Практически от крыши сохранилось 7 фрагментов размером от 1,8 х 2 см до 2,3 х 3,3 см, с частично нанесенной на них авторской краской белого цвета. Пластилин заходил на стенки домика. Таким же образом было залеплено покрытие верхней части пристройки жилища, где пластилин перемешан с хлебной массой.
  
     Остатки того же пластилина были обнаружены на фигурке № 18. По-видимому, таким способом скреплялись расколотые и утраченные части фигурки во время предыдущей реставрации. Сруб для медведя и фигурки № 17 и 19 были довольно грубо залиты клеем, предположительно БФ-2.
  
     Авторское покрытие доски светло-желтого цвета находилось под толстым слоем краски белого и серого цветов, под которой были обнаружены следы трех утраченных фигурок. Серая краска наносилась небрежно, с заходом на обувь фигурок, полозья саней, сугробы возле жилища. Ею же были покрыты фигурка медведя и фигурка человека № 17. Помимо этого на всем макете находился толстый слой пыли и сажи. Все это изменило внешний вид композиции и способствовало дальнейшему разрушению памятника, а также мешало восприятию тонких проработок складок одежды, черт лица фигурок и других нюансов, которые задумал автор при его создании.
  
     В результате изучения состояния сохранности макета было решено:

1) провести фумигацию;
2) демонтировать детали макета;
3) удалить следы личинок хлебного точильщика, восполнить утраты, удалить краску от предыдущей реставраци, тонировать;
4) реконструировать крышу;
5) монтировать детали макета на доску.
  
     Все процессы были описаны, по мере возможности, детали фотографировались на черно-белую пленку.
  
     Фумигация производилась под стеклянным колпаком в течение 14 дней препаратом «Антимоль», предварительно измельченным и помещенным под изгиб доски.
  
     Основная трудность при реставрации заключалась в поиске материала для заполнения полостей на фигурках, восполнения утрат, так как такой материал должен был быть идентичным хлебному мякишу, абсолютно безвредным, эластичным, обладать способностью наноситься в несколько слоев, легко обратимым и не дающим усадку. В связи с этим необходимо было выяснить состав хлебной массы и из чего изготовлен макет - из выпеченного хлеба или из теста.
  
     В ходе изучения макета обнаружилось, что на изломе хлебный мякиш имеет стекловидную массу темно-коричневого цвета. Провести анализ в условиях музея не представлялось возможным, поэтому определение состава проводилось технологом хлебозавода № 2 г.Южно-Сахалинска Куличек В.А. Выяснилось, что детали макета сделаны, предположительно, из выпеченного хлеба, а тесто изготовлялось из ржаной муки и воды. На хлебозаводе по такой рецептуре выпекли хлеб в количестве 3-х кг. Из него были приготовлены опытные образцы в виде круглых лепешек диаметром 5 см, толщиной 2 см. В качестве связующего для каждого из них применялись следующие компоненты: дистиллированная вода, смесь воды с яичным желтком, смесь воды с молоком, раствор 3-процентного осетрового клея с пентахлором. После высушивания при температуре 18-20 градусов в течение 20 дней на образцах были обнаружены мельчайшие трещины, а на изломе они имели грубую структуру, давали усадку.
  
     В результате длительных поисков состава хлебной массы для заполнения пустот и восполнения утрат были изготовлены образцы, которые после высушивания не давали усадку, не имели трещин и на изломе представляли собой однородную массу. Приготовлялись они следующим образом: из просеянной ржаной муки и дистиллированной воды замешивалось крутое тесто, затем приготовлялись лепешки размером 2x3 см, которые высушивались при температуре 20-22 градуса в течение 30 дней. После затвердевания они измельчались в ступке, тщательно просеивались через мелкое сито, смешивались с раствором 3-процентного осетрового клея с катамином. В полученную массу добавлялась просеянная пшеничная мука высшего сорта и глицерин. Все это тщательно перемешивалось. Масса все время разминалась в руке. Во время приготовления образцов выяснилось, что детали макета и сами образцы обладают высокой гигроскопичностью. При относительной влажности воздуха 80-85 процентов происходило набухание массы, которая после высыхания рассыпалась. В связи с этим вода как средство для реставрации макета была исключена.
  
     Следующий этап процесса — демонтаж фигурок, удаление следов личинок, склеивание деталей, заполнение пустот, траншеек и восполнение утрат — проводился одновременно из-за хрупкости фигурок, которые рассыпались на фрагмены при малейшем прикосновении к ним.
  
     При демонтаже фигурок выяснилось, что они крепились на деревянных штырьках, которые вставлялись в предварительно подготовленные углубления на доске. Демонтаж проводился очень осторожно. Снятая фигурка и фрагменты обуви с деревянными штырьками мягкой кистью очищались от паутинных чехликов, трухи, из ходов и траншеек извлекались шкурки личинок специально изготовленным тонким крючком. Если после удаления следов от личинок жука обнаруживалось, что кромки сколотых плоскостей стерты, то фрагменты обрабатывались 96-процентным спиртом, а после высушивания заполнялись хлебной массой шпателем, изготовленным из иглы. После высушивания склеивались 3-процентным осетровым клеем и катамином. Затем полости и траншейки обрабатывались 96-процентным спиртом при помощи тугоотжатого ватного тампона, накрученного на тонкий крючок. После испарения спирта проводилось заполнение пустот мягкой хлебной массой. Заполнение проводилось послойно, в несколько приемов с помощью бинокулярной лупы с 6-ти кратным увеличением. После этого фигурки и фрагменты от нее помещались в отдельную небольшую коробку.
  
     Затем демонтировалась следующая фигурка. Если деревянный штырек, на котором крепилась фигурка с фрагментами обуви, был значительно покрыт пылевидной трухой и шкурками личинок, то в таком случае оставшиеся фрагменты снимались, обрабатывались вышеописанным способом, а затем крепились к штырьку.
  
     Таким способом последовательно были демонтированы фигурки на макете, за исключением фигурок медведя, клети собак, привязанных к перекладине, лиственниц, к которым крепились циновки, так как их демонтаж предполагался в последнюю очередь. А удалить их с доски без повреждений не представлялось возможным — штырьки довольно плотно держались на доске. Поэтому удаление следов личинок, заполнение пустот и удаление поздних реставрационных тонировок проводилось без их демонтажа.
  
     Особенно трудоемким был демонтаж сруба для медведя и жилища. При демонтировании сруба было обнаружено, что утрачены торцевые бревна, изготовленные из хлебного мякиша,от них сохранились небольшие фрагменты на углах, залитые клеем. Клей удалялся 96-процентным спиртом гфи помощи ватного тампона, накрученного на тонкую палочку. По мере удаления клея отслоившаяся кора на ветках, изображавших бревна, укреплялась 6-процентным осетровым клеем с катаминоми высушивалась под прессом в виде небольших мешочков с песком. «Бревна» заворачивались в микалентную бумагу, пронумеровывались и помещались в отдельную коробку.
  
     После демонтирования сохранившихся фрагментов жилища было обнаружено наличие каркаса, изготовленного из тонких деревянных планок, скрепленных в! местах соединения черными витками и хлебной массой. На планках каркаса крыши обнаружены незначительные фрагменты пожелтевшей хрупкой бумаги. Вероятно, мастер предварительно наклеил бумагу на каркас крыши, а затем крепил крышу, изготовленную из небольших деталей, размером приблизительно 3 х 4 см. Места швов, по-видимому, автор заполнял хлебным мякишем.
  
     Сложным был процесс укрепления стенок домика. Первоначально сохранившиеся фрагменты после удаления пылевидной трухи и экскрементов в виде шариков, подбирались по идентичным конфигурациям и склеивались 3-процентным осетровым клеем с катамином, затем высушивались яа стекле. Однако через 2 месяца склеенные детали деформировались по меру швов. Поэтому решено было продублировать стенки жилища на бумагу, то есть таким способом, каким автор макета крепил, предположительно, крышу. На бумагу большего размера чем стенки домика, предварительно смоченную водой, высушенную и щздклеенную по периметру к стеклу 5-процентным осетровым клеем, наносился тонкий слой хлебной массы средней густоты. Затем на нее накладывались фрагменты стенок. Высушивание проводилось постепенно под стеклянным колпаком при помощи небольших мешочков с песком. После этого восполнялись утраченные детали. Послойно подводилась мягкая хлебная масса, на ней были нанесены полоски, углубления, имитирующие дреки. Такой способ крепления фрагментов стенок домика дал положительные результаты.
  
     В течение 2-х лет после вышеописанного процесса деформаций и трещин на стенках домика не наблюдалось.
  
     Демонтирование столба с инау на остриях проводилось без осложнений, т.к. столб был скреплен с вилообразным верхом хлебной масой и черными нитками, поэтому достаточно было смочить место стыка тампоном с водой.
  
     Инау были очищены вышеописанным образом, восполнение утрат проводилось мягкой хлебной массой.
  
     После демонтирования деталей макета проводилось удаление двух слоев краски, нанесенной на поверхность доски в процессе предыдущих реставраций. Краска удалена при помощи компрессов раствором спирта и демитилформамида в соотношении 1:1, скальпеля и ватных тампонов, которые по мере загрязнения менялись. Под слоем краски были обнаружены, как уже упоминалось, следы еще трех фигурок, в том числе лучника и, вероятно, хозяина медведя. Цвет краски на следах от фигурок и на поверхности очищенной доски был одинаковым. Обнаружились и тонкие карандашные линии на месте сруба для медведя. Пол сруба, так же как и небольшое пространство у входа в жилище, тонирован в черный цвет. Карандашные линии были нанесены автором и на месте каркаса жилища, и слева, на месте расположения нарт. По-видимому, мастер предварительно разметил на доске места расположения деталей, возможно, что он пользовался рисунками и эскизами. После расчистки доски макета на ее поверхности были обнаружены сбоины, многочисленные царапины, пятна более темного цвета. В сбоины подводился меловой реставрационный грунт в составе мела и 5-процентного осетрового клея с антисептиком. Тонирование проводилось акварельными красками выборочно, для того, чтобы придать поверхности доски единую цветовую тональность.
  
     Следующий этап реставрации макета — склеивание фрагментов фигурок и удаление с их поверхности наслоений в виде остатков серой краски, белесого налета и загрязнений. Склеивание проводилось 3-процентным осетровым клеем с антисептиком, затем восполнялись утраты, заполнялись летные отверстия жуков хлебной массой. После высушивания проводилось удаление поверхностных загрязнений 96-процентным спиртом при помощи ватного тампона, накрученного на тонко оструганную палочку и бинокулярной лупы. По мере загрязнения тампон менялся. Удаление наслоений с поверхности фигурок проводилось очень осторожно, так как обнаружилось наличие авторских тонировок на одежде, волосах, лицах, ножнах, сумочках и других деталях фигурок. Авторская краска сохранилась частично на отдельных участках, не поврежденных личинками, примерно на 60-70 процентах. Тем не менее возможно было установить, что фигурки людей были «одеты» мастером в халаты светло-желтого и зеленого цветов. На фигурке № 15 была одежда, имитирующая мех нерпы. На некоторых одеждах четко обозначились пуговицы, украшения на поясах.
  
     Тонирование утрат авторской краски проводилось по обнаженным участкам хлебного мякиша и на реставрационных вставках акварельными красками.
  
     Монтаж деталей макета осуществлен следующим образом: сначала монтировались стенки жилища. Листы бумаги с дублированными фрагментами стенок и восполненными утратами наклеивались на каркас домика. Затем чистые, смоченные и высушеные листы бумаги наклеивались на каркас крыши. После этого восстанавливалась крыша: на бумагу наклеивались изготовленные пластины из хлебной массы размером 2,5 х 3,5 см. Места швов заполнялись этой же массой. После высушивания поверхность крыши тонировалась акварельной краской. Далее монтировался сруб, фигурки людей, лиственницы и в, последнюю очередь, вилообразный столб с инау. Штырьки фигурок вставлялись в очищенные отверстия на доске, предварительно пропитанные 6-процснтным осетровым клеем с катамином. Излишки клея удалялись водой при помощи туго сжатого ватного тампона.
  
     Таким образом реставрация макета «Праздник медведя у сахалинских айнов» была завершена. В результате реставрации сохранены авторские детали, удалена краска и пластилин, нанесенные в предшествующих реставрациях, а также следы повреждений личинками хлебного точильщика.
  
     В результате реставрации выяснено, что материал — хлебный мякиш — обладает высокой гигроскопичностью, поэтому хранить его рекомендуется при температуре 18-20 градусов, при влажности 50-55 процентов. Никаких изменений в деталях, отреставрированных за 2,5-3 года, не наблюдалось. Время подтвердило правильность выбранных материалов.
  
     В заключение следует еще раз подчеркнуть уникальную значимость макета. Вероятно, он был изготовлен для экспонирования в Сахалинском музее, открытом в посту Александровском в 1896 году, как наглядный экспонат, объемно показывающий праздник медведя.
  
     Несмотря на то, что на макете утрачены три фигурки, можно выделить черты, которые с большой точностью передают характерные для медвежьего праздника особенности, описанные в работе «Медвежий праздник у айнов О.Сахалина» Б.О.Пилсудским. Например, туловище медведя, перетянутое тремя петлями, соединяет веревка. Обычно петли надевали на медведя в клетке «при его выведении» [5]. Очищенный от коры и веток столб, к которому он привязан, имеет вилообразную форму. На верхушках-остриях, различных по длине, привязано инау. Короткое острие столба называлось женским, а более длинное — мужским. Углубление вилообразного столба — «синта» — это род саней для медведя, на котором он отъезжал к своим родителям [6]. Фигурка старика, который опирается на палку, расположена в небольшом удалении от медведя. Обычно при его умерщвлении старик подходил почти вплотную к зверю и палочкой показывал место, в которое надо целиться, чтобы стрела попала прямо в сердце [7] .
  
     Столб, на верхушке которого висит задушенная собака, помещен почти рядом с лиственницами. Если из-за неточных попаданий процесс убиения медведя затягивался, его хозяин сердился и брал от стрелявшего штраф в виде собаки, которую тут же душили с целью умилостивить медведя [8]. На макете помещен еще живой медведь с вонзенной стрелой, значит, штраф с лучника уже был взят.
  
     На циновках, растянутых между лиственницами, подвешены 6 ножей и 4 меча. Оружие развешивали для того, чтобы медведь, отправляясь к своему «хозяину», нес ему от людей подарки — «души» всех тех предметов, которые развешивали на циновках в день праздника. Бог гор, по представлению айнов, имел вид человека и любил все то, что нравилось людям, и ради получения этих вещей время от времени посылал за ними медведя [9].
  
     Возле клетки для медведя мастер поместил длинные палки и колья, которые просовывали между бревен для того, чтобы расшевелить зверя [10].
  
     Эти и другие признаки медвежьего праздника, переданные с оолыпои точностью на небольшом пространстве доски, мог изобразить человек, который, вероятно, неоднократно наблюдал за ходом праздника или пользовался его описанием.
  
     Не исключена возможность, что мастер, изготовивший макет, пользовался консультацией автора работы «Праздник медведя у айнов о.Сахалина» — Б.О.Пилсудского, а в одной из фигурок «ссыльных» автор макета изобразил самого себя.

 

 

[1]. Пенская Т.В. Макет «Праздник медведя у сахалинских айнов» // Айны: Проблемы истории и этнографии. (Этнографические исследования Сахалинского областного краеведческого музея. Выпуск VI). — Ю-Сахалинск, 1988. — С.163.

[2]. Глуздовский В. Каталог Музея Общества изучения Амурского края //«Записки общества изучения Амурского края» — Том XI — ч.1 — Владивосток, 1907. — С.23.

[3]. Там же — с.УII.

[4]. Пенская Т.В. Макет «Праздник медведя у Сахалинских айнов» -С. 163.

[5]. Пилсудский Б.О. «На медвежьем празднике айнов о. Сахалина» Живая старина — ПГ, 1915 — С.107.

[6]. Там же — С.120

[7]. Там же — С.122 .

[8]. Там же — С.122

[9]. Там же — С.146

[10].Там же — С.112

 

Конверсия и оформление: Helena Gałek