Б.О.Пилсудский


ПИСЬМА Н.К.СУДЗИЛОВСКОМУ (РУССЕЛЮ)

(1906 - 1908 гг.)

№ 1.

Tokyo, 21/ I. [ 1906 ].

Многоуважаемый Николай Константинович, спешу с Вами поделиться одною новостью и просить Вас содействия в разъяснении.

Один сотрудник газеты "Нипон Шимбун" передал мне , что здесь в Японии были два Пилсудских, т.е. мои однофамильцы. Один из них будто уехал, но другой остался в Нагасаках или около этого города для лечения. Сотрудник этой газеты говорил, что они были по секретному делу и оказали много пользы Японии и подробностей он передать не может. Очевидно они жили под чужой фамилией и я стал подозревать, Дуглас не был ли это один из моих братьев. Справился в Центральной гостинице. Там сказали, что Дуглас это действительно поляк, хотя и выдавал себя за англичанина. Выехал как видно из книги 1 мая, но куда неизвестно. Нет ли у Вас знакомых, могущих дать мне указания. М.б. действительно брат мой приезжал сюда, а м.б. он находится ещё и сейчас здесь. Обещал мне сообщить сотрудник "Нипон Шимбун" г. Иноуе. Записал и имя моего брата и разные сведения о нашей семье. Правда ли это, или это лишь какое-то недоразумение?

Читаю № 15 "Японии и России"1 , который достал я в редакции "Ничи Ничи Шимбун". Очень интересный номер. Многие спрашивали меня, будет ли ещё выходить "Япония и Россия" ? Я тоже интересуюсь этим вопросом. Всё ещё ничего не знаю про Владив[осток] и Россию. Один приезжий японец рассказывал здесь, что из Владивостока для предупреждения беспорядков вывезли 2700 чел[овек] ( разных положений) на пароходе и повезли их в Одессу. Интересно очень кого именно выбирали. Если только реакция началась, то могли вывезти многих из передовых людей, чтобы удалить на время выборов.

Привет общим друзьям.

Уважающий Вас Б.Пилсудский.


Адрес мой: Токио Киобасику Оварича.

Ничомэ № 9 Хакодатэя.

л. 26 26 об.
___________________
  1. "Япония и Россия" еженедельник православной семинарии в г. Кобе. Издавался на русском языке. Н.Руссель сумел превратить это издание в революционное, которое пользовалось большой популярностью среди русских военнопленных в Японии.
№ 2.

Дорогой Николай Константинович, исполняя просьбу моего нового приятеля г. Уэды1 , шлю его карточку Вам, которую он хотел Вам дать в знак своего уважения. Не будучи знаком с Вами, он никак не решался послать сам. Он просит также, если возможно, Вашу карточку дать ему на память.

В день нашей поездки в Иокогаму являлся несколько раз мой знакомый, которому я писал о Вашей просьбе разыскать нужных Вам лиц. Он добыл их адреса, просил лишь вернуть ему расходы разъездные. Сообщаю Вам адреса, м.б. пригодятся.

Mr. Matsuda Usigomeku Nidzikki machi № 3а.
Mr. Aoki Kyobashiku Moto skia cho Nichome № 2.
Не получали ли более подробных сведений из Владивостока. Матвеев2 мне писал, что в Нагасаках циркулирует слух будто восстание произошло из-за ареста представителя митингов и разно предполагают, что Д-ра Волкенштейна3, что Перлашкевича4, что солдата Шпера5 (представителя митингов нижних чинов). Здесь получены номера газеты "Новое время" от 1 декабря. Не получали ли и Вы позднейших, чем я видел у Вас и именно 9 ноября.

Читали наверно известие о том, что казнили Тагеева, офицера из пленных за сношение будто бы изменническое с японцами. Он, кажется, был в числе Ваших знакомых.

Вячеслав Константинович не собирается ли стать во главе преданного ему отряда? Хотя у меня ещё очень мало веры в эти массовые движения войск, но иногда начинаю допускать мысль, что они возможны лишь бы были смелые и умные руководители.

Пока новым ничем не могу поделиться, завожу знакомства, но крайне медленно.

Шлю сердечный привет Вам и Вяч[еславу] Ник[олаевичу].

Уважающий и преданный
Б.Пилсудский
1 февр[аля] 1906 г.

Адрес мой: Kyobashi-ku
Ovaricho Nichome № 9
Hakodateya.

л. 12.
______________________
  1. Уэда Се журналист газеты "Токио Нити нити Симбун" (Токийская ежедневная газета). Выполнил перевод работы Б.Пилсудского "Положение сахалинских айнов", опубликованной в журнале "Сэкай" ("Мир") № 26 27, 1906. Русский язык Уэда изучил в православной духовной семинарии в Токио. В Токио Уэда занимался организацией подписки на газету "Воля" и размещением в ней рекламы.
  2. Матвеев Николай Петрович (Н.Амурский) (!8651941) известный на Дальнем Востоке общественный деятель, литератор, издатель, активный член Общества изучения Амурского края. Во Владивостоке Б.О.Пилсудский некоторое время жил в семье Матвеева. В 1906 г. Н.П.Матвеев издавал журнал "Природа и люди Дальнего Востока" ("Восточная неделя"). В 4-м и 5-м номерах журнала опубликована статья Б.Пилсудского "Южный Сахалин под властью японцев", в №№ 7,8,9,10,14,15, 21, 23, 24 его корреспонденции "Из Японии".
  3. Волкенштейн Александр Александрович (18511954) врач, в 1877 г. привлекался по "процессу 193-х", был оправдан. Последовал за женой Л.А.Волкенштейн на Сахалин, где ей надлежало отбывать ссылку после тринадцатилетнего заключения в Шлиссельбургской крепости. Заведовал окружной больницей в п. Корсаковском, работал врачом в п. Александровском. В 1902 г. Волкенштейны переехали во Владивосток. А.А.Волкенштейн активно участвовал в общественной жизни города, был заместителем председателя Распорядительного комитета Общества изучения Амурского края, председателем "Общества врачей". После гибели жены в 1906 г. уехал в Полтаву.
  4. Перлашкевич Николай Лаврентьевич (18621932) народоволец. Будучи подпоручиком Лифляндского полка перешёл на нелегальное положение. !887 г. приговорён военно-окружным судом в г. Харькове к смертной казни, заменённой бессрочной каторгой. С 1889 г. на Сахалине. Долгое время жил в с. Рыковском, где очень часто пользовался дружеской помощью Б.О. Пилсудского. Осенью 1905 года через Японию и Китай переехал во Владивосток.
  5. Шпер В.А. прапорщик, член Исполнительного комитета нижних чинов Владивостокского гарнизона, образованного в декабре 1905 г.
№ 3.

Дорогой Николай Константинович,

Шлю Вам письмо для передачи Ал[ександру] Ал[ександровичу] Волкенштейну. Пришлите мне газеты Владив[остокские], которые наверно привёз с собой Ал[ександр] Ал[ександович]. Я прошу также биографию Людмилы Александровны1 и карточку, чтобы заказать клише.

Буду ждать нетерпен[ием] известий о положении дел во Владив[остоке]. Если Вам будет некогда, то пусть кто-либо напишет: Вячеслав Константинович или Кизеветтер2 ; Вы его, кажется, посетили в Нагасаках в Japan Hotel.

Пока привет. Ваш Б.Пилсудский.
Телеграмму послал в Нагасаки. Павиту написал сегодня.

14 / II. [ 1906].

л. 34.
___________________
  1. Людмила Александровна Волкенштейн (18581906) народоволка, жена А.А.Волкенштейна. В 1884 г. за участие в покушении на харьковского губернатора Д.Н.Кропоткина приговорена к смертной казни, заменённой 15 годами каторги. 13 лет провела в одиночной камере Шлиссельбургской крепости. На Сахалин доставлена в 1897 г. Работала фельдшерицей в Корсаковском и Александровском постах. В 1902 г. переехала во Владивосток. 10 января 1906 г. погибла во время расстрела демонстрации во Владивостоке. По материалам предоставленным Б.О.Пилсудским японским писателем Ёкояма Гэнносукэ в апрельском номере за 1906 г. журнала "Дзегаку сэкай" (Мир школьниц) был опубликован очерк о Л.А.Волкенштейн "Русская революционерка".
  2. Кизеветтер Владимир Густавович сотрудник Русско-Азиатского банка. (Сообщено А.А.Хисамутдиновым.)
4.
3 4 марта. [ 1906 ].
Дорогой Николай Константинович, что это случилось, что нет ни Вас самих, ни писем от Вас или наших друзей. Я начинаю беспокоиться. Может быть пропадают письма? Я ездил 27-го в Иокогаму и потом 2-го марта, но безрезультатно. Очевидно Вы остались в Нагасаках, чтобы вести совместно с эмигрантами общее дело.

Только что получил письмо от Вячеслава Констант[иновича] и оно мне несколько разъяснило и Ваше молчание и Ваше положение. Здесь ничего не изменилось. Все с кем приходится говорить, уверяют, что нечего опасаться выдачи, и что это сделать не так легко и не так скоро.

Кеннана1 я видел мельком в Иокогаме, но говорил с ним всего несколько слов; я рассчитывал, что Вы придёте и всё ему расскажете. Павит сегодня был у меня и передавал, что Кеннан тоже того мнения, что в Японии не выдадут ни одного эмигранта и незачем даже писать об этом вопросе, но иметь на всякий случай сношения необходимо.

Необходимо знать более подробно о числе эмигрантов, об их положении сейчас и предполагаемом в ближайшем будущем, чтобы можно было говорить с лицами сочувствующими более детально. Сейчас приходится говорить лишь о принципах, а обо всём реальном давать смутные объяснения, что крайне неловко. Мне уже говорили некоторые друзья, что без точных и более детальных сведений не удобно идти ни к графу Окума2 , ни к другим могущим быть полезными лицами. Нпр. я говорил некоторым о Д-ре Кирилове3 , оказывается, что его вовсе нет.

Пожалуйста сообщите, так как с этим здесь секретничать нечего, а лионская полиция и я уверен и русская будет всегда хорошо осведомлена и о числе Вашей кучки и о Вашей работе.

Тут в Токио Гарфильд (Глагол) фельетонист газеты "Владивостокский листок". Он не знает возвращаться ли ему во Владив[осток] или нельзя. Он мне говорил, что не прочь был бы принять участие в журнале, если бы такой стал здесь издаваться.

Как видно пока Ваша работа в зачаточном состоянии за неимением средств. Уэда ждёт здесь с нетерпением денег, за некоторые заказы, сделанные и посланные Оржиху4 , пожалуй и сам ждёт жалованья, назначенного ему Оржихом.

Ах эти деньги! Проклятая вещь! Моё положение становится затруднительным. В надежде на деньги, обещанные мне Павитом, затем Вами из Лондона, я ничего не писал родным о деньгах. Теперь же у меня здесь остаётся денег не больше чем на один месяц. А между тем денег на проезд до сих пор нет и Павит как видно передумал. На одно письмо, где я прямо поставил вопрос, он не ответил, и при свидании мне сказал, что был уверен, что ответил мне, но о деньгах больше уже не ведёт речи. Я писал уже во Владивосток с просьбой телеграфировать родным моим о деньгах, но когда это будет. Пожалуйста, напишите письмо Чайковскому5 , уже не дожидая другого момента, т.к. здесь не у кого будет занять. Может быть в середине апреля переведёт он деньги. Я перед отъездом поехал бы в Нагасаки и пробыл бы там в ожидании денег.

Если Д-ра Кирилова нет, то не знают ли приезжие , где он, и о других моих знакомых, я хотел бы очень знать подробности. Где Перлашкевич, не грозит ли ему арест?

Госткевич6служащий железн[ой] дороги? Шварц? Манаев тоже служащ[ий] жел[езной] дор[оги]? А Д-р Кудржинский там ли с Вами. Мне пишет Матвеев, упоминая его фамилию ещё 29 января.

Д-р Борейша7 , Ростовский, Попов и друг[ие]. Наверно отъехавшие уже получили на следующих пароходах какие-либо известия из Владив[остока].

Я получил журнал Матвеева от 5 февр[аля].

Мне говорил миссионер французский со слов приехавшего только что католического священника из Армии Коульбарса, через Владивосток, что во Владив[остоке] была схватка между казаками и жителями и, что убито по крайней мере по 200 чел[овек] с каждой стороны, что Мищенко8 ежедневно пьян. Передавал о сильном развитии революционных идей, что даже нет священника ( по всей вероян[ости] католическ[ого]) не революционно настроенного.

Шлю всем привет и буду ждать скорейшего ответа на все мои вопросы.

Ваш Б.Пилсудский.
Привет всем Вашим друзьям.
5 марта утро 10 ч. бросаю письмо в почтов[ый] ящ[ик].
Я писал 2 больших письма и одну телеграмму послал. Получены ли?
л. 5 8.
___________________
  1. Кеннан (Kennan) Джордж (18451924) американский журналист. Неоднократно посещал Россию. В 1885 1886 гг. обследовал каторжные тюрьмы и места ссылки революционеров в Сибири. В 2-томном труде "Сибирь и ссылка" правдиво отобразил невыносимые условия, в которых находились политические ссыльные. Во время русско японской войны 1904 1905 гг. распространял и пропагандировал среди русских военнопленных нелегальные и запрещённые в России революционные издания. Именно к нему на помощь и приехал в Японию Н.Руссель. Кеннан считал, что из 70 тысяч пленных русских солдат по крайней мере 50 тысяч возвратились в Россию с новыми представлениями о царском правительстве и причинах войны, а три четверти из них стали революционерами. ( Кеннан Дж. Как велось просвещение русских солдат в Японии. С послесловием Н.К. Судзиловского-Русселя. // Каторга и ссылка, 1927. № 2. С. 164165.)
  2. Окума Сигэнобу (18381922) видный общественный и политический деятель эпохи Мэйдзи и эпохи Тайсё, основатель Партии конституционных реформ Риккэн Кайсинто, дважды занимал пост премьер министра, несколько раз министра иностранных дел. Основатель престижного университета Васэда в Токио.
  3. Кирилов Николай Васильевич (18601921) врач, исследователь коренного населения Дальнего Востока. Автор более 100 работ посвящённых вопросам здравоохранения, народной медицины, этнографии, антропологии, климатологии, охотоведения на Дальнем Востоке. В 1896 1899 гг. работал на Сахалине врачом лечебницы Корсаковского округа. Весной 1903 г. преподавал в айнской школе в Мауке (сейчас г.Холмск), созданной Б.Пилсудским. В 1906 г. во Владивостоке был арестован и приговорён судом за политическую пропаганду к заключению в крепость на полтора года.
  4. Оржих Борис Дмитриевич (1864 после1934) народоволец. В 1888 г. приговорён к смертной казни, заменённой бессрочной каторгой. С 1898 г. на поселении на Дальнем Востоке. Жил во Владивостоке, в 1905 г. эмигрировал в Японию. С № 11 редактировал газету "Воля". Автор популярных в революционной среде стихов и песен. Воспоминания Б.Д. Оржиха опубликованы в сб. Народовольцы. М., 1931. Т.3.
  5. Чайковский Николай Васильевич (18501926) политический деятель. Вскоре после окончания Петербургского университета эмигрировал. Один из организаторов "Фонда Вольной русской прессы" в Лондоне. В 1904 г. примкнул к эсерам, с которыми порвал в 1910 г. В 1906 г. вернулся в Россию, был арестован. В годы первой мировой войны один из руководителей Всероссийского союза городов. После Октябрьской революции непримиримый враг советской власти.
  6. Госткевич Гилярий Бернард Викентьевич (18611928) член польской партии "Пролетариат". Арестован в 1884 г. и осуждён на 13 лет каторжных работ. На Сахалине с 1887 г. После отбытия наказания переехал в Приморье, работал в управлении Уссурийской железной дороги. Один из организаторов профсоюзов в Приморье, вёл активную политическую и культурно-просветительную работу во Владивостоке. Близкий друг Б.Пилсудского. Опубликовал "Записки пролетариатца" (Каторга и ссылка, 1926. № 27. С.122150.)
  7. Борейша Георгий Алексеевич Младший врач 31-го Восточно-Сибирского стрелкового полка. (Собщено А.А.Хисамутдиновым.)
  8. Мищенко Павел Иванович ( 1853 после 1917) генерал адъютант, генерал от артиллерии. В марте 1903 г. назначен начальником отдельной Забайкальской бригады. Во главе этой бригады, ставшей в 1904 г. передовым отрядом Маньчжурской армии, прославился как один из популярных генералов русско японской войны. Участвовал в подавлении революционных выступлений во Владивостоке в январе 1906 г.
№ 5.
10/IV [1906] Токио


 Дорогой Николай Константинович, Вы наверно уже осведомлены о том, что Оржиху удалось избежать ареста и он в Нагасаках, а на днях будет в Токио. Теперь значит вы меня не повесите, если я уйду со сцены и двинусь в родные места. Из письма Вадецкого я сужу, что ещё прибыли очень дельные люди и работников хватит.

Я посылаю Вам при этом письмо одного китайского студента, члена революционного органа, издающегося в Японии под назв[анием] "Мимпо". Они все очень сочувствуют революционному движению в России и может быть со временем будут полезны.

Был у Окумы и ещё у некоторых лиц, все сочувственно пока относятся к эмигрантам. Удивил меня несколько Гаррисон, которого я просил поднять вопрос в "Japan Chronicle". Он ответил, что наверно вся редакция сочувствует эмигрантам, но м.б. издание в Нагасаках русского революционного органа может привести к войне и английские газеты должны быть в особенности осторожны. Я ему ответил со своими разъяснениями этого вопроса.

Написали ли Вы Чайковскому о деньгах на мою поездку? На днях я хочу взять уже у Павита обещанные им деньги.

Вы мне обещали прислать некоторые издания о Гавайских и Филиппинских инородцах. Также Вы хотели написать в Америку в Indian Burrcan "Commissioner of Indian Affairs Interrior Department Washington D.C. U.S. of America" о высылке мне их отчётов о деятельности среди индейцев и о положении последних.

Я на всякий случай припоминаю Вам, так как наверно будете всё время на Гавайях очень заняты, после продолжительного отсутствия.

Шлю Вам вырезку из "Нового Времени" за конец января. Это уже не первый раз, как не могут не вспомнить о Вас разные черносотенные господа.

В России на выборах берут повсюду верх оппозиционные партии, несмотря на репрессалии. Можно ждать, что правительство не допустит до такой Думы. Во Владивостоке и в Сибири репрессии идут дальше, но неслышно ничего о возможной в ближайшее время вспышке. Все говорят о близком столкновении с Китаем и я думаю, что Россия , заручившись молчаливым согласием Европы, а м.б. и содействием Германии, начнёт новую войну с Китаем, чтобы и страну держать на военном положении, и ославить себя победами и бунтующим войскам пустить кровь. Наверно пошлют всех неблагонадёжных под первые пули. В случае нежелания идти будут расстреливать сзади. А восстать всем сразу и повести гражданскую серьёзную войну не найдётся энергии, руководителей и достаточного понимания у масс. Это мой невесёлый взгляд на ближайшее будущее. Вы наверно смотрите оптимистичнее.

Привет пока и сердечные пожелания отдохнуть и вернуться ещё с достаточною у Вас удивительной энергией.

Уважающий Вас Б.Пилсудский.
л. 9 10 об.

№ 6.

Токио. 13 июня 1906 г.

Дорогой Николай Константинович, после целого ряда разочарований и длинного периода неприятного ожидания и полной неизвестности, что будет завтра, наступило для меня новое время. По телеграфу спрашивали меня из Кракова, где я, в Японии или поехал и на каком пароходе? Ответили через Владивосток, что я здесь жду денег. На днях на почте из Лондона получил 227 иен от г. Грина, который ссылается на Чайковского и на Вас. А только что получил, переданную мне из Нагасак телеграмму Дембского1 из Нью-Йорка. Сообщает, что деньги посланы и чтобы приехал в Америку. Из всех путей , которые довели бы меня к родине или вообще тихому определённому этот путь, поездка через Америку, мне более всего улыбалась. И не испытаешь той отвратительной жары, которая предстояла бы при поездке кругом Азии, и увижу хоть краем новый мир, людей другого полушария. Может быть удастся перевести на монету свои фотографии. Для моих этнографических работ это тоже крайне полезно поглядеть музеи и исследования уже сделанные над инородцами Сибири. Хочу перед отъездом побывать в Нагасаках, повидаться со своим долголетним товарищем по ссылке2 и вообще с колонией эмигрантов, чтобы выяснить, не смогу ли я им быть полезным в Америке.

Я всё настаиваю, чтобы кто-либо жил в Токио и поддерживал сношения. Это очень важно, ибо не дремлет реакционная партия и власти и противодействуют и без того слишком незначительному влиянию "Воли"3 . Задумывают теперь издавать субсидированный правительством орган по-русски в Нагасаках и по-японски даже в Токио.

Деньги делают своё и я думаю, что подкупят переводчиков с русского языка, чтобы ничего из "Воли" не переводили для японских газет. Хотелось мне всё-таки образовать кружок японцев сочувствующих освободительному движению в России. Но необходимо было бы здесь быть человеку, знающему английский, чтобы не быть в руках переводчиков. Положиться из русских переводчиков я могу только на Хасегаву4 . Но он сильно охладел ко всему эмиграционному кружку после беседы с Оржихом в Токио или по другим причинам. Он всё спрашивает, не приедете ли Вы скоро? Ваша популярность в Японии много бы помогла делу. Да и вообще Вы бы своею опытностью и знанием поставили бы всё дело лучше, чем оно стоит сейчас. Теперь я слышал, что очень способные социал демократы не принимают участия. Было раньше много недовольных из оппозиционно настроенной интеллигенции. А дробиться сейчас нет оснований, тем более за границей.

Книг о Филиппинах я не получил. М.б. они остались в редакции "Воли". Спрошу об этом. Об отъезде Вадецкого и об его недоразумениях с колонией Вы наверно уже знаете. О том как медленно идут события, и как всё ещё нет данных для надежды на близкую победу. Вы можете судить по газетам, которые наверно получаете.

Адрес газеты Мимпо такой: "Усигомэ, Сино гавачо Ничамэ № 8 Мимпося".

Пока всего хорошего. Шлю сердечный привет Вам.

Ваш Б.Пилсудский.


 Напишу наверно следующий раз из Америки, хотя наверно пробуду ещё до конца июня здесь, в особенности, если поеду в Нагасаки.

л. 11 12 об.
____________________
  1. Дембский Александр (18571935) польский деятель рабочего движения, участвовал в создании партии "Великий пролетариат", а потом ППС. В 18991919 гг. деятель союза польских социалистов в США, сторонник Юзефа Пилсудского.
  2. Речь идёт об Э.Плосском, см. о нём сноску к письму № 7.
  3. "Воля" газета русских революционеров эмигрантов в Японии. Выходила в г. Нагасаки с апреля 1906 г. по март 1907 г. Всего вышло 99 номеров. До сентября 1906 г. "Воля" являлась внепартийным органом, с сентября 1906 г. изданием социалистов революционеров. Редактором "Воли" до сентября 1906 г. был В.К. Вадецкий, затем Б.Д.Оржих. На страницах "Воли" публиковались сведения о политической обстановке, условиях жизни русской эмиграции в Финляндии, Англии, США, Японии. В Российской национальной библиотеке в Санкт Петербурге имеется полный комплект "Воли".
  4. Хасегава Тацуносукэ (псевдоним Фтабатэй Симэй) (18641909) известный японский писатель, основоположник японского критического реализма. Большое влияние на творчество Фтабатэя оказала русская литература. Он перевёл на русский язык сочинения Н.В. Гоголя, И.С. Тургенева, И.А.Гончарова, В.Г. Белинского, Н.А. Добролюбова, М.Горького. Оказал большую помощь Б.Пилсудскому в Японии. После смерти Фтабатэя в журнале "Сэкай" ("Мир") № 12 за 1910 г. была опубликована о нём статья Б.Пилсудского.
№ 7.

Дорогой Николай Константинович, наконец-то могу я писать Вам из другой местности и при других условиях. Еду в Америку. Сижу сейчас на "Дакоте" и только сейчас хочется писать друзьям, в том числе и Вам. Благодаря Вам получил я сначала из Лондона перевод, потом из Америки. Если бы они пришли одновременно, то, конечно, было бы достаточно, чтобы приехать прямо до Европы. Но дело в том, что первый перевод пришёл раньше и в такое время, когда я жил уже в долг и он разошёлся в течение 11/2 2 мес[яцев], после которых подошла помощь из Америки.

Еду без определённого пока плана. До сих пор не получил из дому и от брата из Галиции ни слова. Они очевидно предполагают, что я уже еду и не стоит писать в пустую. Сейчас пишу им и буду ждать в Америке советов и указаний. В Америке же Дембский хочет меня задержать на несколько недель если нечего пока и в Галицию соваться, то я остановлюсь хотя бы в Америке. Хочется и где-либо пожить поприятнее не на бивуаках, но с другой стороны положение вещей в России становится такое, что начинает меня тяготить, что я совершенно в стороне от этого движения, где всякий лишний человек может помочь по мере сил родине. Хотелось бы работать ближе к Польше и поэтому тянет туда, но в крайности придётся делать то, что подвернётся. Пробыл в Нагасаках ровно месяц. Жил я в Инаси, но часто виделся со всеми, в особенности в последнее время. Кроме того, что напишут Вам от колонии, могу и я Вам добавить от себя свой собственный взгляд на положение вещей.

Вы колеблетесь и не хотите ехать сюда, тянет Вас в Европу. Это и понятно и может быть у Вас есть для этого серьёзные неизвестные мне основания.

Но и здесь пост не из маловажных. Маньчжурская Армия не вся ушла и её ещё очень много. А настроение её всё то же беспокойное, требовательное; во Владивостоке живут как на вулкане. Слухи о бунте, назначаемые дни циркулируют безустанно. Никто не может поручиться, что они вспыхнут сами собой, что опять может повториться то, что было в октябре или январе.

Сибирь может сыграть немаловажную роль в общем движении. Вы сознавали сами. А настроение её мало изменилось несмотря на карательные экзекуции.

Здесь необходим прочный и деятельный кружок, нужны кроме того люди с весом, с именем. Этим же пока не богат кружок.

Я думаю в Европе сил больше чем нужно. Там по всей вероятности и будут пополняться ряды из новых эмигрантов, а здесь кружок может лишь таять или увеличиваться на счёт ещё менее опытных, менее выдержанных людей.

Вы лично имеете уже здесь громадную популярность. В войсках и даже по всей Сибири имя Ваше хорошо известно. И по чём знать, может быть в случае удачи Вы были бы первым президентом Сибири.

Для Японии нечего и говорить, что Вы имеете больше веса, чем мы все взятые вместе. С моим отъездом теряются последние нити с представителями страны, в которой приходится жить и работать кружку и право я не вижу лиц, которые могли бы поддержать желательные непосредственные сношения; и почём знать не понадобятся ли они?

В самом Нагасаки не идёт дело так, как бы хотелось. 1) Начался разлад среди эмигрантов и благодаря и благодаря, думаю, некоторой бестактности, дошло до формальных заявлений, обвинений, разделились на две палаты: верхняя и нижняя. Рабочие волнуются и крайне недовольны. Боюсь, чтобы не вышло оплёвывания взаимного. Я давно этого опасался и не тянуло меня к близкому соприкосновению, я не могу одобрить всех мелких дрязг и перевода пустяков в принципы или забывания из-за разных житейских мелочей более высокие, важные задачи и важность единения. Но с другой стороны нет у меня и достаточно силы, чтобы побороть это обычное нежелательное в замкнутом кружке течение. И сейчас, когда я стал более активно[помогать] советами, т.е. просить не раздувать мелких самолюбий и опасаться в особенности в данное время противопоставления рабочих и интеллигенции, то уже кажется было поздно. При Вас, я уверен, ничего бы подобного не было. А сейчас нпр. Оржих вообще страдает слабостью быть нетерпимым и чересчур авторитетным, Плоский1 почти совсем отошёл и он очень неподвижен. Онуфровича мало знаю, но увлекающийся и проживший долго в ссылке, думаю не обладает качествами уметь вести дело с разнообразными элементами. Алексеевский, Пирогов, Горвиц молодёжь, пылкая, но требующая руководительства. Шпер, если что и выйдет из него, то нуждается в серьёзном самовоспитании. Другие менее заметны и более рядовые работники.

Положение создалось такое, что опозиционные элементы, но не принимающие близкое участие в "Воле", очень ей не сочувствуют. Социал демократы враждуют с "Волей", а другие находят много для того, чтобы критиковать и не хотят содействовать. Слухи эти расходясь по Сибири, безусловно непомогут материальным успехам.

Имеет значение и то, что Оржих еврей и в своей деятельности во Владивостоке не приобрёл необходимого для обществ[енного] деятеля уважения.

Я считаю, что Ваше присутствие всё это устранит, укрепит колонию внутри, создаст уважение ко всем., а работа предстоит громадная.

С Владив[остоком] в связи теснее, там нуждаются в литературе и м.б. в руководительстве, а в критический момент указания и совместн[ые] с местн[ыми] элемент[ами] действия приведут к тому, о чём Вы мечтали так недавно.

Пока Вы доедете до Европы, то м.б. будет поздно, а здесь можете приехать как раз во время.

Если Вы поживя здесь увидите, что бесполезно, то поедете на запад, но уже с убеждением и подробно развитым взглядом на теперешнее положение Сибири.

Я не сообщаю Вам о некоторых более подробных деталях деятельности группы, про которые писать не решаюсь, и о чём м.б. напишут другие, если сочтут, что можно доверять японской почте.

Даже временное пребывание Ваше много повлияет во всех указанных отношениях и я думаю Вы успеете уехать на запад, если окажется, что и здесь нечего время терять, и борьба затянется на долго, опять на многие годы. Вот Вам Никол[ай] Констант[инович] мой взгляд, почему я считаю, что Вам необходимо приехать сюда, а не в Европу ехать.

При том Филип[пинские] отчёты получил. Спасибо за адрес проф[ессора] в Вашингтоне.

Китайцы из редакции "Мимпо" получили Ваше письмо.

Пока кончаю, напишу Вам из Америки.

Уважающий Вас Б.Пилсудский.


 30/VII [1906].
"Дакота", подъезжая к Кобе.

л. 13 15 об.
____________________

1. Плосский Эдмунд (18601939) видный польский революционер, один из основателей партии "Великий пролетариат". Окончил Петербургский университет, имел учёную степень кандидата правоведения. Арестован в 1883 г., приговорён к 16 годам каторги, осенью 1886 г. доставлен на Сахалин. Вместе с ним как административно ссыльная, на Сахалин была доставлена его жена Софья Мария Плосская, сестра известного польского революционера Болеслава Онуфровича. В 1891 г. срок каторги по царскому манифесту Э.Плосскому был сокращён. В 1897 г. он переехал в Благовещенск. Служил в конторе Амурского пароходства, затем помощником управляющего Сибирского банка. Сотрудничал в газете "Амурский край". Активно участвовал в революционных событиях в Благовещенске в 1905 1906 гг. Позднее возвратился в Австро венгерскую часть Польши.
 
 

№ 8.

Дорогой Николай Константинович, Вы были всегда так аккуратны и скоры в ответах, что я пишу специально к одному Вам, прося дать мне знать о себе и всей колонии. Со времени отъезда не получил ни одной вести оттуда и неоднократно беспокоюсь. Я пишу уже пятое письмо.

Получил я письмо от Подпаха1, которое меня убедило, что Вы исполнили свои свои планы и вернулись обратно, что колония Ваша пополнилась приездом Петровского и Окунцова. Но как живёте все, как идёт "Воля", и др. он сам наверно не знает. Писал из Токио 14 октября, следов[ательно] тогда, когда я был в Париже. В Женеву мне не удалось заехать и с Лазаревым я не виделся.

Здесь я просил два журнала и газету польскую посылать для товарищей поляков, а вы высылайте в обмен "Волю", тогда я буду её читать; не надеюсь её получать лично, если даже письмо мне никто не хочет написать.

Я просил в письме, посланном перед отъездом из Америки, паспорт свой заграничный, который здесь может быть очень нужен, т.к. Австрия меняет понемногу свой курс и возможно, что дипломатическое сближение с царскою Россией будет всё больше. Носится в воздухе тройственный "святой" союз трёх владык. Уже были нарушения права приюта, если этот союз будет подготовляться, то они последуют. Кто хочет жить в Польше Российской, то часто это легче, так как добыть здесь заграничный паспорт довольно легко. Если бы была нужда, я полагаю можно было бы достать отсюда и для кого-либо из вас, только надо указать точно приметы, чтобы были подходящие.

Я прилагаю при этом письмо Инакавы, которому по моей рекомендации посылалась "Воля" и прошу переслать ему по его теперешнему адресу, если не переехал он, то на Сахалин.

Моё материальное положение ещё не определилось. Здесь по этой части очень трудно. Галиция так же бедна как и Япония, только вдобавок здесь всё крайне дорого. Жизнь по случаю бегства многих десятков из российских пределов вздорожала вдвое. Вам присылали много английских газет, а "Japan Chronichle" даже в двух экземплярах. Не могли бы Вы мне аккуратно переслать эти лучше всего издания еженедельные. Выписать сам ещё не могу, а хочу следить за тем, что творится на Востоке, чтобы не терять нити и быть готовым написать статью или прочесть доклад, о чём меня уже просят.

Я здесь охотно буду служить вам чем могу. Кажется была идея устроить книжный магазин. Как подвигается это дело.

Слышал о бедном Матвееве, который так неудачно и неожиданно для себя попался2. Мне надо раздобыть рукопись, которую оставил в "Воле" для передачи Матвееву. Где она? Если она не была отослана, то мне очень нужна, я мог бы её превратить в презренный металл, без которого жить плохо.

Инакаву я прошу мои вещи с Сахалина доставить Вам, там аппарат фотографический принадлежит Петровскому, а остальное книги, я бы хотел получить. Это не трудно будет переслать через какую-либо транспортную контору, через Триест в Галицию, Краков.

Из Владивост[ока] не получил ещё никаких писем и не знаю, что там. Перлашкевича куда увезли. Не на Камчатку ли?3 Я старался в Америке вызвать желание завести с Камчаткою частые сношения, которые бы пригодились.

Союз железнодорожный собирались судить вторично. Так ли?

Если Петровский с Вами и имеет свои вещи с собой, попросите его несколько снимков Владивостокских, мне пригодятся для иллюстрации чтений о Сибири в народном университете. Снимки оставленные у Онуфровича в виду ареста Матвеева, пусть он пришлёт мне. Про Волкенштейна ещё не узнал где он.

Пока спешу отослать письмо в надежде, что от Вас получу наконец хоть краткую весть.

Сердечный привет Вам и всем товарищам.

Ваш Б.Пилсудский.
Адрес. Kraków. Topolowa 16. Bronisław Piłsudski. 3/ XII [1906].
л. 16 17 об.
_____________________
  1. Подпах Леонтий Павлович бывший редактор-издатель газеты "Владивостокский листок". (Сообщено А.А.Хисамутдиновым.)
  2. Н.П. Матвеев в сентябре 1906 г. был осуждён Приамурским военно окружным судом к заключению в крепость на срок 1 год 6 месяцев. Он был признан виновным в провозе из-за границы "сочинений и изображений, возбуждающих к учинению бунтовщических и изменических деяний". Суть заключалась в том, что 29 июля 1906 г. на японском пароходе "Коцу Мару" в адрес Н.П.Матвеева прибыл груз корзина, ящик, и тюк, в которых находилось около 3 тысяч экземпляров различных нелегальных изданий, в основном изданных в Нагасаки. Причастным к этому процессу оказался и Б.Пилсудский. Ещё раньше он отправил из Японии корзину со своими вещами Н.П.Матвееву, которую тот получил. Во время процесса в адрес Матвеева пришло письмо от Пилсудского, шедшее очень долго, в котором он сообщал о посланной своей корзине. Так как на письме не было даты на суде посчитали, что корзина с "Коцу Мару" с нелегальной литературой послана Б.Пилсудским. Пилсудский очень переживал случившееся и пытался как-то через знакомых из Распорядительного Комитета Общества изучения Амурского края довести до властей истину. В сентябре 1907 г. Приамурский военно-окружной суд принял постановление о смягчении приговора в отношении "личного почётного гражданина" Н.П.Матвеева, сократив ему срок пребывания под стражей на 5 месяцев.
  3. Прибыв осенью 1905 г. во Владивосток, Н.Л.Перлашкевич активно включился в революционное движение. В 1906 г. был арестован и приговорён судом к ссылке на Камчатку, где пробыл семь лет. Осенью 1913 г. вернулся во Владивосток. С 1915 г. по 1923 г. служил во Владивостокском отделении Сибирского торгового банка. Некоторое время был представителем этого банка в Шанхае. С 1923 г. бухгалтер губсобеса. Член Общества бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев.


№ 9.


Kraków. Topolowa 16.


 Дорогой Николай Константинович, я получил два Ваших письма от 16 ноября и от 9 декабря. Очень Вам благодарен за вести с тех мест, к которым и теперь ещё сильно тянет меня. Я вполне одобряю принятое Вами решение. Переоценка своих сил, отсутствие практичности в требованиях и выставляемых платформах, полное непризнавание всех хоть немного иначе мыслящих были характерными чертами революционных партий, не сумевших воспользоваться предоставленным и одержать хотя бы частичную победу. Теперь "блоки", соглашения, признание, что прогресс в политических и общественных отношениях добывается борьбою не в одиночку, а совместными силами всех, даже и буржуазных классов это новый приобретённый опыт, к сожалению так поздно. Я лично всегда стоял за концентрацию всех прогрессивных партий, за то, чтобы из-за мелких разногласий не упускать из виду самое важное общее, и общего, главного врага. Судя по газетам сознали это теперь партии, находящиеся под гнётом деспотического правительства. Дойдёт это сознание и до крайнего Востока, но по всей вероятности значительно позже и после целого ряда тяжёлых разочарований.

Вы очевидно писали мне о Маевском из С[ан] Франциско, а не о Раевском, т.к. последний в Нью Йорке. До сих пор ещё нет ни его, ни Плоского. О последнем я начинаю беспокоиться, т.к. пора бы приехать ему и разве что случилось по дороге или он поехал на Америку, а там задержался на время. Ведь уже январь кончается, а Вы писали ещё в ноябре, что он выехал.

Статлера здесь разыскать не мог, т.к. нет здесь адресного стола и мало у меня

знакомых местных жителей. Написал я пока письмо под адресом его в Люблинск[ой] губ[ернии]. Письмо от Тагиева не пересылал, конечно. Передам его только лично.

Не узнал я ещё, где находится Волкенштейн. Сам я околачиваюсь пока в Кракове, но потерял уже всякую надежду здесь устроиться. Тянут меня очень в Питер, где мог бы получить легко работу при Академии и вообще родные уже ждут не дождутся переезда моего в Литву, где тоже легко бы пристроился. Здесь же для меня всё чуждое, хотя это и польское. Но беднота здесь страшная, повсюду ещё господствуют консерваторы аристократы и клерикалы, для элементов чуждых, "чужестранцев", хотя бы и поляков, все пути закрыты.

По всей вероятности придётся передвигаться при более благоприятных временах в пределы России, ибо здесь буду изнывать душевно и не найду работы.

Вы пишете, что Маевский хочет специально заняться борьбою с возможностью вмешательства Австрии в дела России на западе. Не знаю в какие эта работа выльется формы. Заметно в международных отношениях сближение Австрии к России с назначением б[ывшего] посла в Петербурге Эренталя Мин[истром] Ин[остранных] Дел в Вене. Начались не существовавшие раньше прижимы по отношению к эмигрантам: не всем, а так к тем, у которых были какие-либо зацепки. Но раньше покровительствовали явно всем, теперь усиливают надзор и какбы предупреждают возможность выдачи. Конечно все считаются ещё с обществен[ным] мнением, а оно ещё не успело отвернуться окончательно от революции. Если после новых выборов в Германии и в Австрии возьмут верх оппозиционные партии, то правительства до сих пор реакционные принуждены будут сдаваться. Этот год покажет, наступит ли на востоке Европы реакция, или же медленно начнётся конституционная эпоха с задачею поднять умственный и материальный уровень масс. О Сибири долетают случайные весточки. Ждали много и опять радостно нового столкновения с Японией, но я думаю и она ослаблена и не так склонна на новую войну, хотя если не изменится в России радикально система управления, то Японии грозит через лет 10 15 реванш, и поэтому лучше врага доконать раньше, чем он войдёт в силу.

Познакомились ли Вы с Хасегавой? Я писал Вам письмо со вложенным ещё письмом для Инакавы, моего приятеля на Сахалине. Хотел я через него, а затем через Вас получить оставшиеся на Сахалине мои вещи.

Шлю привет всем друзьям и знакомым, кого загнала судьба в милую Японию. Как устраиваются эмигранты. Я слышал, что живёт в Японии несколько богатых поляков, но ещё адреса не мог добыть их. Не шлют ли на Камчатку? Имеете ли связи с этими местами? Я часто вспоминаю о Японии и о тех с кем судьба меня там столкнула и следов[ательно] и о Вас.

Всего хорошего. Уважающий Вас
Б.Пилсудский.

л. 18 19 об.

№ 10.

Письмо залежалось не отосланным и я перед отправкою дописываю Вам ещё. Ни

Плоского, ни Маевского всё ещё нет. Так долго нет также вестей и из Японии. Я хочу просить об одном. Нельзя ли будет мне присылать аккуратно одну газету японскую, издаваемую на англ[ийском] яз[ыке]. Лучше всего "Japan Chronicle" есть еженедельное издание. Наверно в "Воле" и у Вас много их, и потом, как я помню было раньше, уничтожаются. А я хочу следить за тем, что происходит в Японии аккуратно, чтобы использовать понемногу то знакомство с нею, которое приобрёл. За пересылку почтовую я бы заплатил. Не знаете ли также, что вышло из изданий официальных или частных, что следовало бы иметь. Позднеев1 начал, говорят, издавать книгу "Современная Япония".

"Общество друзей свободной России" мне не удалось тогда образовать, Но я получил обещание, что учредят О-во друзей Польши. Надо только сначала здесь почву создать. А это не легко, т.к. здесь все заняты исключительно местною работою.

Ничего мне не пишет Хасегава. Письма ли идут так долго. Были ли получены благодарности из Америки за содействие оказанное эмигрантам и хорошо ли я сделал, что просил в Америке оказать таким образом нравственную помощь.

Статлера не нашли в деревне, письмо вернули мне обратно, теперь буду писать в Варшаву.

Скажите Онуфровичу относительно коллекций, что на польские музеи рассчитывать нельзя. Их и нет вовсе и денег на такие вещи вовсе не тратят; а с немецкими пока не завели сношений, да и не знаю в каком у него количестве имеется сбор. Написал я ему лично уже давно, но нет ответа. Не могу успокоиться по поводу Матвеева. Как он бедный влопался и разорился. Не знаете ли, что делает Подпах. Издаёт ли он что либо? Пожалуйста снеситесь с Инакавой, что живёт или был на Сахалине у айнов. Адрес Инакавы в "Воле" есть.

Пока шлю привет, желаю успеха в работе и здоровья. Поклон всем.

11/ II 1907 г.

Ваш Бронислав Пилсудский.
л. 20 20 об.
_____________________
  1. Позднеев Дмитрий Матвеевич ( 18651942) русский востоковед. Профессор Петербургского университета. В 1905 1906 гг. директор Восточного института во Владивостоке. Находясь в 1906 1910 гг. в Японии, создал первый в России японо русский иероглифический словарь.
№ 11.

Многоуважаемый Николай Константинович, я всегда рад получить от Вас письмо, но должен извиниться, что в этот раз я отвечаю довольно поздно. Много было работы, суета на месте, а также временно не имел спокойного угла. Я не получал Ваших статей; пришли только книжечки с проектом Союза Осв[обождения] Рус[ского] Нар[ода]. Вы направляйте всё прямо под моим адресом, иначе может заваляться и затеряться. Работа Ваша мне вполне нравится. Узости партийной я вообще не сочувствую, а сейчас ей совсем не место. Я только не знаю, легко ли сплотить разнохарактерные и стремящиеся не всегда параллельно элементы.

Пока я за границей и выеду на родину разве при значительно более свободных условиях. Есть надежда, что правительство поддастся влево и союз с истинно русскими людьми порвётся. Посмотрим.

Маевского до сих пор нет. Здесь теперь горячка предвыборная. За несколько недель выяснится судьба парламента, начнётся спокойная работа переформированного государства.

Хорошо бы было, чтобы для Вашей книжной торговли Вы получали и польские книги. Наверно есть спрос. Сообщите, что пошло бы, не хорошо ли было бы завязать со здешними изданиями сношения. В "Волю" посылались "Trybuna" , "Naprzód". Т.к. "Воля" прекратила существование, а газеты предназначались для эмигрантов вообще, то м.б. устроить посылку по новому адресу. Будете ли Вы что-либо издавать? Спасибо за "Japan Chronicle". Я не знал кому обязан. Жаль, что газета видимо ослабла по сравнению с прежними. Что нового выходит об Японии. Я немного пишу о Востоке и думаю не терять его из виду. Получил один № "Revue of revolutions". Хотел бы получать определённо, но не знал к кому обратиться с просьбой. Адреса по англ[ийски] нет. Это издание я думаю моих приятелей Миазаки, а не социалистов. Социалистич[еский] делегат на международн[ом] съезде из Японии Др. Като писал мне и мы с ним наверно свидимся летом. Что слышно о Хасегаве. Он молчит упорно и не знаю, чему приписать. Завязал ли он связи с другими эмигрантами. Он всегда как-то странно держался. То он чрезвычайно горячо и сердечно готов был знакомиться и мечтал о всякой помощи, то остывал, как бы обиженный, выражал желание от всего отстраниться и заняться исключительно писанием романов. Его и влекла общественная жизнь и пугала. А дельный он и основательный человек. Если он пишет статьи по политическим вопросам в "Токио Асахи" и "Осака Асахи", то он имеет большое влияние на японскую публику.

Меня очень занимает движение в Китае. Чтобы выписать из статей или журналов характеризующих революцию и отношение к ней Китайск[ого] правительства и европейских держав.

В Японии, говорят, есть несколько поляков инженеров. Один кажется в Иокогаме, говорят Ковальский, хорошо бы было их разыскать и м.б. через них иметь возможность помочь эмигрантам.

Инакава писал мне, что он в Хакодатэ. Это славный парень, сердечно преданный освободительн[ому] у нас движению ученик Людм[илы] Ал[ександровны] Волкенштейн. Его адрес: Хакодатэ, Аояги-чо №44. Т.Инакава. Я просил его добыть мне вещи с Сахалина, почти исключительно книги. Если он пришлёт Вам, то Вы отправьте через контору какую-либо на пароходах Австрийского Ллойда или частным образом с попутчиками, м.б. на Добр[овольном] Флоте. В последнем случае надо бы, чтобы из Одессы послали вещи по адресу моей сестры: г. Вильно, Благовещенская ул., д. № 14 София Осиповна Каденаци. За провоз всегда платит получатель.

О союзе Японии с Россией всё чаще здесь возбуждают речь. Правда ли, что такое создаётся положение? Я до сих пор не знаю прислали ли из Америки те резолюции о благодарности японцам за приют эмигрантам политическим оказываемый, что провелось ещё во время моего проезда через Нью-Йорк. Что делает Подпах ? Будет ли издавать те снимки фотограф[ические], которые взял у меня. Меня это интересует.

Я сейчас на месяц поехал в Карлсбад немного полечиться, затем возвращаюсь назад и пишите мне под прежний адрес: Kraków. Topolowa 16.

Пока сердечный привет Вам и друзьям.
Ваш Б. Пилсудский.
Д-ру Ланковскому1 мой сердечный привет.
Куда пишут эмигранты корресп[онденты] из Японии. Хорошо бы следить за
их сообщениями.
л. 21 24 об.
____________________
  1. Ланковский Владимир Николаевич врач, д-р медицины, председатель Общества изучения Амурского края в 1899 1902 гг.
№ 12.
Многоуважаемый Николай Константинович, Простите, что я оказался неаккуратным корреспондентом и отвечаю Вам много времени спустя после получения Вашей открытки. Дело в том, что я дал по просьбе редактора "Эмиграционного обозрения" и он не возвратив её уехал, не могу добиться и по сейчас. (Он хотел выписать адреса Вами сообщённые.) Но и сам я всю весну проболел, можно сказать, был удручён и без энергии, кроме необходимого не в состоянии был что либо делать. Сейчас немного оправляюсь, но тянет меня вон из города ближе к природе и вскоре поеду в гористую местность для сбора коллекции. Понемногу подвигается моя работа, печатаю и по-польски, по-русски, по-немецки. Заинтересовался моими материалами проф. Боас1 из Нью-Йорка и обещает насколько удастся покровительство. Может быть поправятся мои дела. Сейчас больше зарабатывать могу со статей о Востоке, чем с научных. Писал я по Вашему указанию Топольскому, но не получил ничего. Нет ли у Вас какого либо материала о Востоке, который бы следовало обработать и пустить в ход. Поговаривают о союзе Японии и Австрии, которая в очень натянутых отношениях с Россией. Как Ваши дела? И Филиппинской колонии? Кто издаёт русский журнал в Иокогаме? Стоит ли его выписывать?

Шлю сердечный привет Вам и знакомым, если они ещё остаются в Нагасаках.

Ваш Брон. Пилсудский.


  Адрес. Lwów ul. Turecka, 3.

л. 25 25 об.
____________________

1. Боас (Boas) Франц (18581942) американский этнограф, антрополог, лингвист и фольклорист. Профессор Колумбийского университета в 1899 1937 гг. Специалист по языкам и культуре индейцев Северной Америки и эскимосов.

ГАРФ. Ф. Р5825, оп. 1, д. 159. л. 1 26 об.